Караван мертвецов - Страница 33


К оглавлению

33

Совет продолжили. По существу возражений не было, не хотели лишь пускать рабынь бараков дежурить на вышки. Но, когда Крис указал, что на четыре вышки нужно восемь дозорных, и два раза по восемь на смену (а где их взять?) – скрепя сердце, согласились.

Созвали общество. Собрание прошло спокойно, потому что вели его свои мужчины. Чуть что, ссылались на соседний форт. Женщинам выступать не давали, несогласных баб, а также тех, кто стоял с ними рядом, убеждали плеткой. На матку надел железный ошейник один из стариков. В общем, как сказал Крис, консенсус был найден, демократия восторжествовала.

Ночью Греб долго сидел за картами. Когда все же собрался лечь, обнаружил, что его место рядом с Мириам заняла Дора. Уткнулась носом в плечо его жены и сладко спит.

– Это что за лезбиянство? – шепотом осведомился он.

– Тише, разбудишь, – отозвалась Мири. – Мы обиделись на Криса. Днем почемучкой дразнит, а ночью Тавией кличет.

– Это ее проблемы. А я тут причем? Я спать хочу. Где я спать буду?

– Греб, любимый, ты же взрослый человек. Постели себе где-нибудь.

Утром Рэй сообщил через браслет, что вечером семь человек разыскивали караван кэптэна Телима. У одного из них не было кисти правой руки. Дора испугалась.

– Рэй, Рэй, догони их и скажи, что кэптэн Телим через месяц будет в Ашене! Пусть в Ашен едут и там ждут! Обязательно догони!

– Это очень важно?

– Вопрос жизни и смерти.

Наступила долгая пауза.

– Дора, а я смогу вместо них в Ашен поехать?

– Нет! Ни в коем случае! И не думай! Тебя убьют там! Пусть они туда едут.

– А их там не убьют?

– Убьют! Обязательно убьют! Я надеюсь. Может, не всех, но кого-то точно убьют.

– Дора, они не смогут поехать в Ашен, – в голосе Рэя послышалось неподдельное облегчение. – Они твоим бабам начали одежду рвать да грудки щупать, так те осерчали, обиду затаили, а потом озоровать начали. Ну, и мне пришлось помочь. Тех троих, которые сразу не умерли, так в землю и зарыли. Говорят, так положено. Так что теперь у нас сорок шесть лошаков.

– Вы их всех убили?

– А что делать, если твои бабы за луки схватились? Утыкали стрелами, но ведь стрелы без наконечников, глубоко не втыкаются. Одному в глаз попали, двоих я на меч взял, одному Мудра палкой ноги перебила. Остальных чем попало забили. Теперь на меня дуются, разговаривать не хотят.

– Рэй, мои все целы?

– А что им будет? Выпорол слегка, чтоб за оружие не хватались, так это заживет. А они на меня обижаться вздумали. Не перестанут, вечером опять выпорю.

– Рэй, миленький, не надо их пороть. Их похвалить надо. Они мародеров побили, которые мой караван разорили.

– Они без спросу схватились за оружие. Балуешь ты их. Ладно, рабыни твои, пороть не буду. До вечера.

Выехали в самом мрачном настроении. Греб поругался с Крисом, Дора была напугана происшедшим с караваном, вдобавок с неба моросил мелкий холодный дождь. Тропа стала скользкой. Все сидели нахохлившись. Может, поэтому заметили встречный отряд только столкнувшись с ним нос к носу.

– Вы поедете с нами, – сказал один из воинов. – С вами будет говорить Всемогущий.

Воины разъехались, откружая кольцом маленький отряд Греба. Было их человек десять.

– Кто главный, – властно спросил Греб.

– Я – ответил один из воинов. – Всемогущий приглашает вас в гости. Он хочет с вами говорить.

– Именно со мной? Пусть едет сюда.

– Он говорит со всеми, кого мы встречаем. Он набирает армию и предложит вам вступить в нее. Вступить в армию Всемогущего – высокая честь для любого воина.

После этих слов все десять воинов обнажили мечи и трижды выкрикнули:

– Слава Всемогущему!

Греб слез с лошака и подошел к командиру.

– Ты почему верхом, когда я перед тобой стою? – молниеносно выхватил свой необычный меч с маленькой овальной гардой и, продолжая движение, несильным с виду ударом перерубил шею лошака у самых плеч. Голова упала на землю. Из обрубленных жил толчком выплеснулась кровь. Тело мягко завалилось на бок. Все произошло так быстро и неожиданно, что всадник даже не успел вытащить ногу из стремени. И теперь тщетно пытался вытащить ее из-под обезглавленной туши. Дора застыла с открытым ртом. Она знала, как сложно перерубить легким мечом густую гриву. Даже на бойнях редко кому удавалось отрубить голову одним ударом тяжелого мясницкого тесака. А Греб уже как ни в чем не бывало, возвращался к своему лошаку.

– Мири, ты хотела согреться. Можешь размяться, но не убивай.

– Спасибо, любимый! – весело ответила девушка и соскочила на землю. – Эй, ну что встали? Кто на меня? Давайте все разом!

Два меча в ее руках со свистом описывали восьмерки. Один воин спешился и шагнул ей навстречу, выставив перед собой меч. Мири ударила по его клинку с двух сторон, словно в ладоши собиралась хлопнуть. Раздался звон и клинок воина сломался пополам. Девушка отступила на два шага.

– Я сказала, все разом! Что я, так и буду с вами по одному возиться?

Воины спешились, обнажив мечи окружили Мириам полукругом.

– Начали! – выкрикнула девушка и бросилась в атаку. Зазвенели мечи. Кто-то покатился по траве, чей-то меч взлетел высоко в воздух. В следующую секунду Мириам перебросила через себя воина, и он сбил двух других. Тут же, ударом пятки в пах, подбросила другого воина в воздух. Бросилась на землю, и два воина столкнулись над ней, выронив мечи, а она, распрямившись как пружина, швырнула их в разные стороны. Спина девушки окрасилась алой кровью. Еще один меч, описав дугу, упал к ногам лошака Доры. Рукоять все еще сжимала рука, отрубленная у запястья. Мириам, обхватив воина за талию, раскрутив в полоборота, бросила в другого, рукоятью меча врезала по зубам третьему, высоко подпрыгнув, ударила пяткой в грудь четвертого. И замерла, широко расставив ноги. Драться больше было не с кем. На ногах осталась она одна. Остальные корчились на земле, рыча, воя и ругаясь. Дора осмотрела поле боя. Двое умирали. Один был проткнут мечом насквозь, у другого разрублена ключица. Один из воинов прижимал к животу обрубок руки.

33